– Ты меня спрашиваешь, что делать? Это твой вопрос. Сам решай, я тебе за это бабки плачу. Впрочем, мы почти приехали. Я сейчас домой. А ты хочешь – своих вызывай, хочешь – на старую службу, на Петровку, звони корешкам.

Охранник посмотрел снова в зеркало, но машины «БВМ» уже не было. Странно, подумал охранник.

Тем временем черный «Мерседес» уже притормаживал около закрытого и охраняемого поселка.

Проехав поднятый шлагбаум и КПП, «Мерседес» прошел немного по узкой улице мимо высоких и массивных заборов, остановился у железных ворот, с двух сторон которых виднелись две видеокамеры с небольшими, но мощными прожекторами.

– Мы приехали. Открывайте, – сказал водитель в небольшую рацию, которую он взял в руки. Ворота тотчас медленно стали открываться. Из двухэтажного КПП вышел мужчина в пятнистой камуфляжной форме. Приветливо поздоровавшись с пассажирами «Мерседеса», он стал смотреть, как машина медленно подъезжала к большому и хорошо освещенному подъезду коттеджа.

На больших массивных мраморных ступенях стояли уже две женщины – из обслуживающего персонала, одна, что чуть постарше, была поваром. Другая, помоложе, возрастом около тридцати лет, была официанткой. Женщины были уже одеты в верхнюю одежду и держали небольшие сумки.

– Добрый вечер! Владимир Иванович! Вы точно не будете ужинать? – спросила хозяина женщина-повар.

– Не буду. Вы все свободны. Ребята вас подбросят, – ответил Владимир Иванович, вылезая из машины и проходя в дом.

– Что, Владимир Иванович не в настроении? – спросила официантка водителя, когда хозяин скрылся за дверями.

– У него целый день плохое настроение, особенно когда на допрос в Генеральную прокуратуру съездил.

– Зачем он туда ездит, все равно ему ничего не будет – у него депутатская неприкосновенность, – сказала повариха, садясь в машину.

– Ну что, девчонки, поехали! – сказал водитель, и машина тотчас тронулась с места.