Но она успела как раз вовремя и пересекла зал, чтобы сесть рядом с лязгающим радиатором, не сказав привет своему лучшему другу.

Чарльз Форс пояснил: теперь, когда она была под его крышей, она должна будет следовать его правилам. Первое правило состояло в том, что Шайлер запретили видеть ее дедушку. Вражда между Чарльзом и Лоуренсом лежала глубоко, и не только потому, что Лоуренс сместил Чарльза в Конклаве.

"Я не хочу, чтобы он забил твою голову ложью," сказал Чарльз ей. "Он может управлять Шабашем ведьм, но у него нет никакой власти в моем доме. Если ты не послушаешься меня, я обещаю, что ты пожалеешь об этом."

Второе правило проживания у Форсов состояло в том, что ей запретили общаться с Оливером. Чарльз был вне себя, когда обнаружил, что Шайлер сделала Оливера (ее назначенный Проводник) своим человеком-фамильяром. "Прежде всего, ты слишком молода. Во-вторых, это - анафема. Противно. Проводники - слуги. Они не - они не выполняют услуги фамильяров. Ты должна немедленно найти другого фамильяра и порвать все отношения с этим мальчиком."

Если подумать, она неохотно признала бы, что Чарльз был вероятно прав. Оливер был ее лучшим другом, и она сделала его своим, взяла его кровь, и были последствия ее действий. Иногда ей было жаль, что они не могли возвратиться назад, чтобы все было как прежде, прежде чем все стало настолько сложным.

Шайлер понятия не имела, почему Чарльз так озабочен, чтобы она взяла другого фамильяра, так как Форсы покончили со старомодной практикой использования людей-Проводников. Но она следовала этим правилам. Все могли видеть, что она не имела абсолютно никакого контакта с Лоуренсом, и воздержалась от Священного Целования с Оливером.

Было слишком много вещей в ее новой жизни, которые она могла или не могла делать.

Но были некоторые места, где правила не применялись. Где-нибудь, где у Чарльза не было никакой власти. Где Шайлер могла быть свободной.

Вот почему существовали секретные потайные места.