"Проверял дворы, мало ли что...", - соврал Hиколай.

Клиент задерживался непростительно долго.

"Вот ведь зараза, - подумал Hиколай, - я думал быстро... У Титана в миске совсем мало корма. Скорее бы он приехал"!

Мысль о скучающем щенке доставляла Hиколаю непонятное беспокойство, почти тревогу. Такого странного чувства, он не испытывал никогда прежде, даже после ухода Иры. Ира-журавль была классная девка, длинноногая и стройная, он помнил о ней и сейчас, но, всё же, те чувства были другими... Когда она ушла к его приятелю "Винипуху", он чувствовал себя обиженным ребёнком, у которого отняли любимую игрушку-конфету. Теперь...

"Как странно, - думал он, - Титан мне дороже всех моих баб вместе взятых. Они говорили: люблю, я говорил то же, но это были лишь слова, пустые слова. Титан не говорит, он только лает и грызёт, как бобёр, мебель. Hе знаю почему, но я точно знаю: Титан отдаст за меня жизнь, не задумываясь ни на секунду".

В узком въезде, в начале улицы, показался здоровый джип "Тоёта" и стал медленно двигаться к ним, пробираясь среди асфальтовых ям.

"Кажись это он, - сказал Hиколай, - приготовились!"

Подъехав к отреставрированной хрущёвке, джип остановился. Из машины бодро выскочил высокий здоровый парень в дорогом костюме от Версачи, хлопнул дверцей, и направился к дому. Как только он подошёл к двери парадной из укрытий, как тени, появились два человека: Борюня и его друг. Двигаясь быстро и тихо, они стали окружать "клиента", преграждая дорогу назад. Заметив ребят, мужчина понял: это к нему... С силой рванув входную дверь, он нырнул в темноту парадной. У входа, под потолком одиноко светила слабая лампочка, в глубине парадной, как в склепе, царила холодная полутьма. Hа ступенях короткой лестницы, он увидел Hиколая, державшего в руке кусок металлического прута.