Не подозревая, он двигался по маршруту, намеченному преследователями. Джип следовал за ним. С легкостью преодолев неглубокую канаву обочины, «Исудзу-Труппер» гнал несчастного к воде. Предчувствуя финальный этап охоты, трое бандитов оживились. Их лица напряглись, а губы кривились в хищных ухмылках. Бритоголовый, отличавшийся садистскими наклонностями, в предчувствии скорой расправы над затравленной жертвой начал издавать омерзительные звуки, напоминающие то ли чавканье, то ли похрюкивание. Он вертелся как на иголках, попеременно то приподнимаясь, чтобы получше рассмотреть жертву, то тяжело плюхаясь на сиденье джипа.

– Дави козла! – по-щенячьи взвизгивал бритоголовый детина.

Выбрасывая из-под колес струи песка, машина подъехала к самой кромке воды и остановилась. Изнеможенный гонкой беглец стоял лицом к реке, лишь изредка пугливо оборачиваясь на преследователей. Водную преграду, пусть даже такую пустяковую, как узкая речушка, он не решился форсировать. Впрочем, ему это было и не под силу. Бледность с каким-то фиолетовым оттенком заливала лицо мужчины. Его округлый живот, казалось, жил самостоятельной жизнью: он то раздувался, как воздушный шарик, то пропадал где-то под ребрами. Выпученные глаза беглеца, подернутые белесой пленкой животного страха, отражали окружающий пейзаж. Мужчина бессмысленно таращился на гладь воды, словно собирался нырнуть или утопиться. Его ноги, согнутые в коленках, непроизвольно дрожали.

Остановившись в метре от жертвы, преследователи несколько секунд не покидали машину. Они наслаждались видом затравленного человека, застывшего в комической позе. Наконец, выдержав паузу, главарь распахнул двери. Нога Лишая, обутая в тупоносый щегольской ботинок, ступила на песок.

– Ну что, янки паршивый, набегался? – проникновенно произнес бандит. – Как «дурь» пригоршнями нюхать, так ты горазд, а как «бабки» по счетам платить – ты шлангом прикидываешься?!

– Я не понимаю… – с акцентом, выдававшим в говорившем иностранца, ответил загнанный в воду толстячок.