Уперев руки в бока, он смотрел на мертвеца, лежавшего ничком.

— Да, безусловно, он мертв, — сказал он себе. — Жаль, это был храбрый человек. Никогда бы я не осмелился сразиться с ним в открытом бою. Но честный человек должен держать слово. Мне заплатили, и я обязан был отработать заработок. Странно, почему же нет крови? Должно быть, она излилась внутрь. Тем лучше для него, меньше пришлось страдать. Однако для большей верности воткну-ка ему нож в спину. Хотя и так ясно, что он не оживет. Но ведь мне заплатили, а тех, кто платит, обманывать нельзя.

После этого убийца опустился на колени и уже собрался занести над ним нож, как вдруг мнимый мертвец мгновенно вскочил и бросился на своего убийцу, схватил его за горло и, опрокинув навзничь, уперся коленом в грудь. Затем выбил у него нож, прежде чем тот успел опомниться!

— Сделайте одолжение, амиго, успокойся! — сказал всадник насмешливым тоном.

Но как бы быстро и неожиданно ни произошло только что случившееся, незнакомец-убийца слишком привык к подобным случайностям, а потому быстро обрел обычное хладнокровие.

— Ну, амиго, — продолжал всадник, — что ты скажешь на это?

— Я скажу, что ты искусно притворился, — ответил тот с усмешкой. — Ты по этой части большой умелец!

— Может быть, — согласился тот. — Я проявил хитрость, достойную тебя.

— Пожалуй, даже превзошел меня. Я думал, однако, что застрелил тебя. Это странно, — добавил он, как бы рассуждая сам с собой. — Они были правы, это я дурак. В другой раз возьму серебряную пулю, тогда уж все будет наверняка.

— Что ты бормочешь?

— Ничего.

— Ты что-то сказал.