— Дети, — произнесла Ариана странным тоном.

— О да, дети, моя будущая жена. А вы имеете что-либо против?

— Только против того, что предшествует их появлению на свет.

— И что же это?

— Совокупление. — Ариану передернуло от отвращения. — Такой ужасный путь к прекрасной цели.

— Ты переменишь свое мнение после свадьбы, — ласково заметила Эмбер. — Вот увидишь, все твои девические страхи развеются как дым.

— Да, конечно, — отчетливо произнесла Ариана.

Но в глубине души никто не поверил ее словам, и менее всего она сама.

Ариана потянулась за арфой. Из изящного инструмента полились звуки такие же мрачные, как и ее мысли. И все же, поглаживая пальцами струны, Ариана испытывала слабое утешение. Мелодичный голос арфы вселял в нее уверенность: она справится с тем неизбежным, что ей суждено, она вынесет и жестокую боль унижения и насилия, и ночные кошмары, преследующие ее даже при ярком свете дня.

Эмбер бросила на Ариану загадочный взгляд, но норманнка не заметила этого, погруженная в свои невеселые думы.

— Может быть, не стоит торопиться со свадьбой? — тихо проговорила Эмбер, обращаясь к Саймону. — Мне кажется, Ариана чем-то расстроена.

— Доминик боится, что, если мы не поторопимся, дела примут совсем дурной поворот.

Внезапно Эмбер поняла, что имел в виду Саймон.

— Ах да, ведь Дункан отказал леди Ариане и женился на мне.

— Вот именно, — ядовито усмехнулся Саймон. — Как бы то ни было, твой брат Эрик одобрил ваш брак, и северные границы Блэкторна пока в безопасности.

Эмбер кивнула с виноватым видом.

— Но мир этот рухнет в одно мгновение, — холодно продолжал Саймон, — если барон Дегерр узнает, что Дункан променял его дочь на твою любовь.

Эмбер кинула быстрый взгляд на Ариану. Но даже если девушка и слышала их разговор, она не выдала себя ни выражением лица, ни бегом пальцев по струнам арфы, по-прежнему спокойным.