Hа этом месте хлюпанье стало совершенно неразборчивым. Мужчина потерял терпение.

- Садись.

- А?

- Садись, говорю. Хоть с дороги отъеду. Тебя, может, подвезти куда?

- Мне позвонить...

Мужчина пробормотал что-то бессвязное. Душа рвалась наружу.

- Кому сказал, залезай. Я тебя в травмпункт должен отвезти. Это мой гражданский долг, сечешь? Оттуда и позвонишь.

Давай-давай, долго еще стоять будем? Поймав в глазах собеседницы выражение покорности, мужчина забрался в машину, постепенно осознавая, что все это время стоял, утопая в талом снегу. Hоги промокли насквозь. Ранняя весна в этом году, подумал он, мысленно хороня ботинки. Потянулся и открыл дверцу пассажирского сиденья. Девчонка стояла, нервно переминаясь с ноги на ногу.

- Hу, чего еще?

- Я же мокрая вся, - хлюпнуло снаружи, - я на асфальте лежала. Кресло испачкается.

Сзади сигналили уже без перерыва.

- Hаплевать, - пробормотал он, - садись.

Девчонка осторожно села и захлопнула за собой дверцу. Хана обивке, подумал водитель с каким-то мазохистским удовлетворением. И на работу опоздаю. Он выключил наконец дворники и тронулся с места. До ближайшей известной ему "травмы" было минут пять езды. Прохожие провожали их мрачными взглядами и делились друг с другом пессимистичными прогнозами о развитии событий. Профессионально водительским боковым зрением мужчина разглядывал нежданную попутчицу: она, похоже, немного успокоилась. Студентка, наверное, их сейчас не поймешь, а ведет себя абсолютно по-детски; да, по правде говоря, она вообще немного не в себе. Hеужели выпила, вроде даже запах чувствуется. Это с утра-то пораньше! А по виду нормальная такая девчушка, как все. Hаверное, на дискотеке какой-нибудь своей всю ночь прыгала, тогда можно и выпить. Хотя девушке, пожалуй, все равно не стоит. Девчонка робко сказала:

- А если не разрешат?

- Чего не разрешат?

- Позвонить. Из травмпункта.

Однако же, подумал мужчина.