5. В исчезновении нет смысла и надежды, Но дышит тут сама безбрежность, Там нет цепей, там нет оков И череды без смысла снов. Там нет, там нет воображенья, Бессмысленно само стремленье Проникнуть в таинства удел, – Исчезновенье есть предел и обращение в ничто. Там нет предметности на "Что?" Но там глаголами сверкают процессы действия опять, – необратимость не унять, Там на Надежду уповают. 6. Ах, Дурбан, жемчуга огней! Пылающее море светобликов И чаек розовых в своих гортанных криках, И шепот ночи в шелесте теней. Унылые гудки от лайнеров седых, пекущихся о собственном уюте, и жизнь, живущих в чистых и простых круизах , в замкнутой каюте. Ах, Дурбан! Я тебя люблю: Твои коттеджи, и бассейны, виллы, и бедность наготы, когда я крепко сплю, и предсказаний смысл праматери Сивиллы. И только здесь я чувствую опять как сладко мне в постели дома спать. 7. Как шелестит индийский океан, – Один единый в многих лицах, И бремя золота румян На небеса от них ложится. А дальше Дурбан голосистый вплетенный в сети рас и наций, яхтклубов рева и оваций