– Консьерж этот тот самый дежурный, о котором вы говорили?

– Да. Николай Рябов, дежурный, сидевший внизу. Он открыл дверь, и они нашли моего мужа.

– А сам Рябов не мог оказаться замешанным в этом деле? – поинтересовался Дронго. – Ведь у него были ключи от квартиры. Он мог имитировать самоубийство, затем закрыть дверь, дожидаясь, когда появится сотрудница вашего мужа.

– Я тоже об этом думала, – призналась гостья, – но он не мог этого сделать. Рябов бывший сотрудник железной дороги. Он потерял ногу еще в семьдесят девятом году. Инвалид. Такой человек не смог бы справиться с Армандом. Это невозможно…

– А может, он передал кому-то ключи и «забыл» рассказать об этом следователям?

– Нет, – Лилия тяжело вздохнула, взяла стакан воды и залпом его допила. Поставив стакан на место, продолжила: – Он был все время на своем месте и никуда не отлучался. В доме, кроме квартиры отца Арманда, еще восемь квартир. По утрам жильцам приносили газеты, письма, сообщения. И Рябов никуда не уходил. Его видели почтальон и курьер, который привез письмо одному из соседей. А самое страшное, что рядом с домом, метрах в пятидесяти от него, стояла полицейская машина с двумя офицерами. И они тоже не видели посторонних.

– Это все очень серьезно, – пробормотал Дронго. – Позвольте мне сделать краткий обзор вашего рассказа. Значит, в то утро ваш муж вышел из дома, надев те самые запонки. Он отправился в квартиру своего отца, имея собственные ключи. Рябов видел, как он входил в дом?

– Конечно. Они поздоровались. Муж оставил свою машину рядом с домом. И поэтому его сотрудница была уверена, что он находится в этой проклятой квартире.