Лайана вела себя так, словно была абсолютно здорова. На самом же деле принцесса утратила память и ничего не ведала о прошлом. Да, теперь она была осведомлена о своем происхождении и прежней жизни, но знала об этом исключительно со слов других людей. Впрочем, она сохранила некоторые прежние черты, присущие королевской особе: величавую походку, великолепные манеры и немного надменную речь.

Некогда проклятие, поразившее семью Лайаны, ввергло принцессу в безумие, но теперь оно исчезло — вместе с утраченной памятью. Солдат часто думал: если память однажды вернется, то все начнется сызнова. Жуткая болезнь разума заставляла Лайану вновь и вновь пытаться убить собственного мужа и изводила ее ночными кошмарами…

— Направляется в родное гнездо? Чтобы сразиться с узурпатором ОммуллуммО?

— Именно так, — отозвалась Лайана. — Наш ведьмачонок наконец-то вырос.

Предыдущий Король магов назвал ИксонноксИ своим наследником. Теперь ему предстояло занять место Великого Чародея, обязанного контролировать все магические силы мира и блюсти равновесие между Добром и Злом. Но когда предыдущий Король магов покинул бренное тело, ИксонноксИ был еще слишком юн и не сумел противостоять своему отцу — узурпатору ОммуллуммО, самовольно занявшему его место. Лишь благодаря Солдату молодой маг скрылся от злобного чародея. Теперь же он обрел мощь и был готов к битве с отцом, который лишился рассудка, проведя несколько столетий замурованным в темнице. И магия, залившая небеса, была посланием ИксонноксИ. Вестью, гласившей, что он направляется к трону узурпатора в Семи Пиках…

Впрочем, Солдата занимали и другие, не менее важные проблемы. Несколько дней назад голову королевы Ванды, сестры Лайаны, вышвырнули за городскую стену. Еще один узурпатор — канцлер Гумбольд — предал казни королеву Зэмерканда, тем самым, декларировав свой отказ открыть ворота и впустить Солдата. Вот почему карфаганцы — Красные Шатры, — которыми командовал Солдат, разбили лагерь подле городских стен.