— Так, лейтенант?

— Бишоп, начинаем!

— Понял!

С глухим урчанием транспортер въехал в люк челнока.

— Все готовы?

— Поехали!

— Готовы? — еще раз переспросил Горман.

— Да!

Лейтенант медленно вдохнул воздух и сцепил пальцы.

Из микрофона донесся голос Ферроу:

— Начинаем процедуру запуска!

Гудение и особый механический шорох заполнили внутреннее пространство челнока.

— Шасси поднято. — Казалось, что говорит робот. В такие минуты Ферроу действительно ощущала себя машиной. Одна команда, другая…

— Ы-ы-ы-ы-ы — заныло шасси.

— Зажигание включено.

— Ш-шу-шу-шшшшшшшу — зашуршал механизм.

— Так, давайте сюда данные о станции…

— Все шлюзы загерметизированы.

— Все?

— Все, кроме одного выходного, загерметизированы.

— Так, готовность. Десять секунд. Девять, восемь…

Веселье сползло с лиц десантников. С этого момента начиналась работа.

Отсчитывающий секунды до старта и… кто знает, чего еще, голос Ферроу звучал неумолимо, как судьба.

— Семь, шесть…

«Вот и жизнь уходит так же…» — тоскливо думала Рипли.

— Пять…

— На скоростном лифте отправляемся прямо в ад! — экзальтированно заявил Хадсон. Он старался изобразить веселье, но страх сковывал мимические мышцы, и вместо улыбки на его лице возникла гримаса.

— Четыре, три…

«Как долго она считает, — недовольно сказал себе Хигс. — Только нервы треплет… А, черт, нужно было выспаться как следует, а то эта канитель затянется надолго…»

— Два, один… Поехали!

На уши десантников обрушилась какофония скрипов, гудений, лязга, скрежета и шипения — открывался шлюз.

Полускрытое очками лицо Ферроу еще больше стало похожим на овечью морду.

— Переключаю пеленг показательного радиуса…