«Во всяком случае, это лучше, чем смотреть на их гибель со стороны, — ведь это я привела их сюда», — обреченно думала Рипли. Теперь страх почти отпустил ее: неизбежность может только угнетать, а пугает больше неизвестность. Обреченность не связывала ей руки, — наоборот, сказав себе, что все кончено, Рипли получила свободу человека, которому можно уже делать все что угодно: все и так решено. Если выжить невозможно, надо прихватить с собой на тот свет как можно больше тварей, и сделать это с холодным расчетом. Трезво поразмыслив, Рипли пришла к выводу, что их должно быть не больше двух с половиной сотен. («Не больше? — Рипли криво усмехнулась. — Ну-ну…») Семьдесят семей, умножить на три… Правильней было бы сказать, что монстров всего двести, но лучше переоценить опасность, чем недооценить.

Поражало спокойствие Берта — неужели он рассчитывал на то, что Чужих остановит авторитет Компании? Или он настолько самоуверен, что полностью отупел и вообще не видит опасности?

Эйпон открыл перед ними дверь в отсек. Помещение хранило следы полного разорения.

— Сэр, вот это крыло было запечатано, — обратился Эйпон к лейтенанту. — Все двери были закрыты и завалены мебелью. Похоже, колонисты сделали здесь баррикаду, но ее прорвали. Здесь был ожесточенный бой.

— Да, похоже, — поежилась Рипли.

— Трупы найдены? — поинтересовался Горман.

— Нет. Ничего нет.

Зеленоватый свет делал отсек похожим на аквариум. Плеск воды усиливал это сходство.

Несколько секунд вошедшие сосредоточено озирались, изучая помещение, которое на некоторое время должно было стать их убежищем, — не исключено, что и последним.