— Да, действительно, — наморщился Хигс, — я слышал про такое. На СХ-4-09 такую штуку называли «ловушкой для курящих»… Курить там категорически запрещалось: в воздухе была слишком высокая концентрация гремучего газа; а курящие, известное дело, выкручивались, как могли…

— Курящие или некурящие, — это все равно!.. — заявил Горман.

— Так, здесь, кажется, что-то есть… Нет, ошибся…

Лейтенант подсел к Эйпону и постепенно оттеснил сержанта от дисплея. Действительно, на схеме не было видно никаких посторонних сигналов, — лишь иногда проскакивали пятнышки, вызванные плохой наладкой аппаратуры, или следами деятельности какого-нибудь не слишком вредного компьютерного вируса.

— Что вы ищете? — поинтересовался подошедший Дрейк.

Ответил Берт, которого почему-то почти никто сейчас не замечал, хотя инициатива такой проверки исходила именно от него.

— Мы ищем датчики индивидуальной жизнедеятельности. У каждого колониста был такой датчик, их имплантировали в организм. Пока что мы не нашли ни одного…

14

Рипли взяла девочку за руку и заглянула в глаза. Что нужно сделать, чтобы вернуть ее доверие?

— Не знаю, как тебе удалось остаться в живых, но во всяком случае ты — смелый ребенок, Ребекка.

— Ньют, — раздался чуть слышный тоненький и нежный голосок.

«Ньют… Головастик… Не понимаю. Может, мне это просто послышалось? Конечно, о каких еще головастиках может идти речь?!.»

— Что?

— Ньют, — повторила девочка и, заметив, что ответ вызвал у Рипли только недоумение, пояснила: — Меня зовут Ньют. Меня никто не называет Ребеккой. Только мой брат.

Ну конечно же! Рипли улыбнулась. Большая голова, круглые глазенки — настоящий головастик. Можно было и догадаться. Было бы только желание догадываться.

— Ньют, — повторила Рипли. — А мне нравится это имя. Меня зовут Рипли. Очень приятно с тобой познакомиться.

— А это кто? — спросила Рипли, указывая на куклу, прижатую к груди Ньют. Кукла была не чище самой девочки, тоже светловолосая, голубоглазая и почему-то почти такая же серьезная.