Человек в белом халате пытался привести в чувство Арсения. Сначала он под нос Клюева поднес ватку, смоченную нашатырным спиртом, потом тормошил его за плечи и бил по щекам. Мало-помалу мужик стал возвращаться из забытья.

Приехала встревоженная Галка. Кинувшись Катке на шею, Клюева запричитала:

– Это я во всем виновата! Я оставила его одного!

Копейкина обнимала подругу, а в голове ее стучала одна-единственная мысль: Аллу убили. Но кто убийца? Неужели Арсений? Нет, нет, в такое трудно поверить. Он, конечно, алкаш и дебошир, но не убийца.

Жаль, представители органов придерживались иного мнения на сей счет. Арсения, как главного подозреваемого, увезли в отделение.

Галина лишилась чувств…

Утром следующего дня Катарина с Галкой разговаривали с протрезвевшим Арсением. На Клюева было страшно смотреть. Казалось, за ночь, проведенную вне дома, мужчина постарел лет на десять. Впалые щеки, красные глаза, трясущиеся губы – Арсений был на грани.

– Я не убивал! – твердил он, глядя на Копейкину. – Богом клянусь, не убивал!

– Пьяница чертов… – выла Галина, поднося к глазам платок. – Сколько раз говорила: кончай бухать! Так нет, допился до чертиков, урод. Теперь в тюрягу загремишь. За что мне такое мучение, за что?

– Галка, следи за словами, я не убийца!

– Да? Тогда потрудись объяснить, как в нашей комнате оказался труп Аллы с проломленной головой? Может, скажешь, кто ее долбанул нашим молотком, который ты, кусок идиота, как месяц назад бросил у двери, так и не убрал?

– Не знаю… – Арсений сжал виски. – Я ничего не помню. Вернее, помню, как Алка пришла в комнату, как мы выпили, закусили.

– Совсем мозги пропил, гад! Учти, если тебя посадят, я сразу же подаю на развод. Не желаю быть женой уголовника.

– Уйди отсюда, – процедил Клюев.