Дорога показалась Кристине такой короткой, что, когда машина остановилась, она удивилась:

— Уже?

— Тут только двадцать две мили. Это не край света.

Она потянулась с кошачьей грациозностью, опустила стекло, посмотрела на белую стену виллы, открытую широкую решетку, темные деревья на более светлом фоне неба.

— Боб, который час?

— Три часа утра. Ваш отец удивится, что вы вернулись так рано.

— Вряд ли. Он сказал мне, что проведет ночь у друзей.

— У Гордонов?

— Не знаю. Он назвал мне фамилию, но я ее забыла. Боб, спасибо за все, я провела пре красный вечер.

Кристина протянула ему руку. Боб сжал ее и покрыл поцелуями.

Свободной рукой она разжала пальцы Боба, толкнула дверцу машины, оставшуюся открытой.

— Возвращайтесь домой, Боб. Еще раз спасибо.

Легким жестом она отстегнула ремни, повернулась на сиденье, поставила ноги на землю. Боб поспешно вышел с другой стороны, обежал вокруг машины, помог Кристине выйти.

— Я вас провожу до двери.

Он ей немного наскучил. Она предпочла бы одна пройти через просторный парк, наполненный опьяняющими запахами, но ни один из аргументов не являлся для Боба достаточно убедительным, чтобы отказаться от своего желания. Она позволила ему взять себя под руку, и они медленно пошли по песчаной аллее.

— Мой отец отпустил слуг на праздники. Я сама готовила ему... Он вновь открыл для себя блюда, которые давно забыл.

Но Боб сосредоточился на ее первой фразе.

— Так, значит вы собираетесь спать одна в этом большом доме? Это очень неосторожно, знаете ли! Вам бы лучше...

— Провести остаток ночи у вас? Вам дерзости не занимать, это уж точно!