— Не такое ученичество мне обещали.

Шрайн метнул взгляд в её направлении.

— Когда доберёмся до Корусканта, обязательно сделаю запись в книгу жалоб и предложений Храма о том, что Оли Старстоун выразила своё недовольство методами, которыми её обучают.

Старстоун поморщилась.

— А я-то думала, что все эти ехидные шуточки закончатся, как только меня произведут в падаваны.

— Нет, именно в этот момент они только НАЧИНАЮТСЯ. — Чатак едва сдерживала улыбку. — Погоди, посмотрим, что перепадёт на твою долю, когда начнется финальное испытание.

— Я и предположить не могла, что испытания будут включать в себя психологические пытки.

Глаза Чатак сверкнули.

— В конечном счёте, падаван, всё к тому и приходит.

— Война — уже сама по себе испытание, — бросил Шрайн через плечо. — Я за то, чтобы всех падаванов автоматически произвели в рыцари.

— Вы не против, если я процитирую ваши слова Йоде? — осведомилась Старстоун.

— Для тебя он «мастер Йода», падаван, — сделала замечание Чатак.

— Прошу прощения, учитель.

— Меж тем, Йода и весь Высший Совет просто витают в облаках, — буркнул Шрайн.

Старстоун прикусила губу.

— Сделаю вид, что я этого не слышала.

— Нет уж слушай, — сказал Шрайн, оборачиваясь к ней. Они не меняли направления, двигаясь на юго-запад. Схватка вдоль береговой линии становилась всё более яростной. Истребители Республики и авиадроиды, планируя на высотах значительно ниже нормы, растворялись в облаках пламени. Дальнобойные ионные орудия «Доблестного» подавляли сопротивление оборонительных экранов над столицей, и те один за другим гасли. Начался массовый исход из города: куривары в спехе покидали свои убежища, дома и офисы; банды наёмников при поддержке боевых дроидов и техники укрепляли свои позиции на холмах. Шрайн предположил, что битва за Мурхану будет долгой и ожесточённой, и будет стоить Республике несметное количество жизней.