Уже в сумерках джедаи пробивались к краю платформы под непрерывным бластерным огнём и фонтанами шрапнели, не прибегая к использованию мечей и отстреливаясь от клонов лишь бластерами, — при этом стараясь ограничиться как можно меньшим количеством жертв.

Они остановились у полуразвалившейся пермакритовой площадки, в дальнем конце которой совершала посадку эскадрилья истребителей.

— Сможешь пилотировать корабль? — спросил Шрайн у Старстоун.

— Только перехватчик, мастер. Но без астромеха, боюсь, я не смогу добраться до Корусканта. И я никогда не залезала в кабину V-крылого.

Шрайн взвесил сказанное.

— Тогда возьмём АР-170, — он указал на только что приземлившийся бомбардировщик — очевидно, совершивший посадку с целью дозаправки. — Вот наш корабль. Идеальный выбор: мест хватит на всех, и гипердрайв есть.

Взгляд Чатак задержался на экипаже.

— Можно попробовать оглушить второго пилота и стрелка.

Шрайн уже был готов стартовать, когда почувствовал, что в складках его одеяния снова вибрирует сигнальный маяк. Он выудил прибор из глубокого кармана.

— В чём дело, Роан? — позвала Чатак. Заметив его оцепенелый взгляд, она повторила: — ЧТО там?

— Опять кодированная передача, — откликнулся тот, не сводя глаз с дисплея.

— Приказ тот же?

— Диаметрально противоположный. — Его широко раскрытые глаза уставились на Чатак и Старстоун. — Джедаям предписано любой ценой сторониться Корусканта. Мы должны прекратить выполнение задания и залечь на дно.

Челюсть Чатак отвисла.

Шрайн сложил губы в тонкую линию.

— Нам всё ещё нужно убраться с Мурханы.

Проверив заряд в бластерах, они вновь вознамерились рвануть к истребителю, когда все до единого дроиды и боевые машины на платформе застыли как вкопанные. Сперва Шрайн подумал, что клоны применили очередную дроидную дробилку, но быстро осознал свою ошибку.