Гера и Швидько бродили по пустынному залу, когда вдруг Гера увидел эту самую записку.

Или нет! Сначала он увидел на стене карту Черноморского побережья. Синяя вода, зеленые горы, а на юрах в разных местах натыканы красные флажки. И сверху надпись: «Схема расположения красно-зеленых партизанских отрядов в 1919 году». Сбоку табличка. Из нее Гера узнал, что в девятнадцатом году, когда генерал Деникин захватил эти места, в горах организовались партизанские отряды. Руководили ими большевики-подпольщики. Тут же висели портреты некоторых подпольщиков - молодые парни и пожилые мужчины с усами.

Гера посмотрел на них, но знакомых не нашел. Жили то они больше чем полвека назад! Полвека. Далекая старина, как на уроках истории у Лидии Егоровны. Наверное, вообще уже все давно умерли…

Гера хотел отойти от схемы и от портретов, но тут-то и увидел записку. Она лежала маленькая и неприметная на столике под стеклянным колпаком. На помятом, истертом листке-четвертушке карандашом было крупными буквами написано:

«… еле иди на хутор Алюк. Степан Бондарь знает, где спрятано».

А чуть пониже - цифры: 6. 7. 19.

И все! Больше на бумажке ничего не было. Табличка на столике сообщала коротко: «Партизанская записка». И тоже больше ничего.

Ясно: это был конец записки! Начиналась она на другой стороне. Кто-то кому-то давал указание и, видимо, добавлял: «а после иди…». И не поставил подписи, только дату. Цифры, конечно, дата: 6 июля 1919 года.

- Макс, Макс! - заволновался Гера. - Смотри!

Но Швидько мельком взглянул на измятый листок и равнодушно оказал: Ну и что?

- Как что? А кто писал?

- Партизан, - ответил Швидько. - Тут же сказано партизанская».

- А кому написано?

- Да что ты пристал: кто? кому? Сам-то знаешь?

- А если узнать?… Кто этот… Степан Бондарь?

- Какой Бондарь?

- Ну, который знает, где спрятано! В записке-то написано: «Степан Бондарь знает, где спрятано».