Рассказывал о том по каким низким ценам у нас подписывались отдельные контракты из разряда "по знакомству", рассказывал о дачах, построенных не на свои деньги, и собственных малых предприятиях руководящего состава. Рассказывал о недовольстве, которое зреет среди рабочих и клерков. Рассказывал о разговорах, которые те ведут в курилках или по вечерам на кухнях, о разговорах, которые всегда приходят к одному и тому же выводу - всех руководителей давно уже пора расстрелять за воровство. Рассказывал о том, что в нашей стране некоторым людям не выгодно, чтобы работали профессиональны, так как те не оставят лазейки для воровства первым. Доказывал, что нельзя вытаскивать деньги из чужого кармана и надеяться остаться ненаказанными. Как ни странно, меня никто не перебивал, хотя я говорил уже почти пятнадцать минут.

- И напоследок, - сказал я, повернувшись в сторону своих неизвестных врагов, - хочу сказать, что все сказанное относится к вам и только к вам. Пока еще ваше время, но рано или поздно вы уйдете или вас просто уберут. Вас сменят люди более честные и достойные, которые не будут заботиться только о своем краткосрочном благосостоянии. Те, которые не будут обирать и без того обнищавший народ. Пока же я и люди подобные мне будут единственным средством против вас. Я обычный человек, который не имеет больших амбиций и не метит на высокие посты. Я хочу заниматься нужным делом и получать за это положенные мне деньги. Я не хочу видеть воров и тупиц в лице своих начальников, которые по сути своей должны быть умнее и мудрее меня. Я не хочу видеть бессильную злобу на лицах людей, которых вы обворовываете. Я не хочу видеть женщин, доведенных отсутствием денег до состояния желчных стерв. Я всего лишь хочу справедливости.