Больше не было ничего, что можно было бы сделать: ни другой информации, чтобы изучить или проанализировать; ни другого направления, чтобы проверить. Завтра, она знала, что будет, но сейчас она могла только ждать.

Ева пошла в спальню с намерением вздремнуть. Надо было попытаться спасти хоть часть дня, подумала она. Провести время вместе за Рождственским ужином, внести хоть немного ощущения нормальной жизни.

Сильный, дурманящий запах сосны заставил её тряхнуть головой. Человек переживал по-поводу традиций в их первое совместное Рождество. Одному Богу известно сколько он заплатил за живые деревья, расставленные им по всему дому. А это дерево, которое стояло в окне их спальни, он настоял, что бы они украшали его вместе.

Для него это имело значение. И с некоторым удивлением она вдруг поняла, что это стало иметь значение и для неё.

— Включить подсветку дерева, — велела она, и слегка улыбнулась, увидев, как огни мигнули и вспыхнули.

Она направилась в сторону дивана, отстегнула кобуру и, движением плеч, стряхнула её с себя. Когда Рорк вошёл в комнату она сидела на подлокотнике дивана и снимала ботинки.

— Правильно. Я надеялся, что ты немножко отдохнёшь. Мне необходимо ещё кое-что сделать. Когда будешь готова к ужину, дай мне знать, хорошо?

Он стоял в дверном проёме и она, повернув голову, рассматривала его. Скинув второй ботинок, Ева медленно поднялась.

— Иди сюда.

Распознав блеск в её глазах, он почувствовал как лёгкая волна желания начала будоражить его кровь.

— Туда?

— Ты слышал меня, пройдоха.

Пристально гляда на неё, он шёл через комнату: