Я не должен следовать за ней домой. Я не должен лишать её жизни. Я разумное, мыслящее существо, и у меня есть выбор. Выбор есть всегда.

В классе подобные рассуждения не могли мне даже в голову прийти, но сейчас я был далеко от этой девушки. Может, если я буду очень-очень тщательно избегать её, то не возникнет необходимости менять свои жизненные установки? Мне нравился мой нынешний образ жизни. Зачем позволять какому-то жалкому, пусть и вкусному, ничтожеству разрушить такой прекрасный порядок вещей?

Я смогу справиться со всем и не принести разочарования отцу. И смогу оградить мою мать от тревог, волнений и боли. Да, своим поведением я нанёс бы глубокую рану моей приёмной матери. А Эсме была такой деликатной, такой нежной и мягкой... Причинить боль такому существу, как Эсме, было непростительно.

Какая ирония: я хотел защитить эту девушку от пустяковой, беззубой угрозы, исходящей от лицемерных мыслей Джессики Стенли! Тогда как я сам был последней личностью, которая могла бы стать защитником Изабеллы Свон. Да, самая надёжная и прочная защита ей понадобится не от кого иного, как от меня самого!

А что же Элис? — внезапно пришло мне в голову. Разве она не видела, как я убиваю эту девчонку Свон самыми разными способами? Почему она не пришла, чтобы остановить меня, а если не получится — чтобы помочь замести следы? Или она так была поглощена тем, чтобы с Джаспером чего не вышло, что просто прозевала куда более ужасающую ситуацию со мной? Или я сильнее, чем считаю себя, и в действительности не причинил бы вреда девчонке?

Нет. Я знал, что это неправда. Элис, должно быть, глубоко и неотрывно сосредоточилась на Джаспере.

Я направил свой локатор туда, где она должна была находиться — в маленьком здании, используемом для занятий английским. Я быстро нашел знакомый "голос". Всё точно, как я и думал. Все её мысли были исключительно о Джаспере, она оценивала мельчайшие перемены в его постоянно меняющихся намерениях с минутным интервалом.