— Я Лао Чун. Лао Чун из группы Йена, да... Тут было что-то. Как в такой маленькой печке... не умею назвать. Очень, очень больно. Горячо. Все мёртвые. Все пахнут как жареное мясо. Очень больно. Половина меня тоже как это мясо, да. Мне очень больно, очень. Я не могу долго жить. Очень больно. Пожалуйста, делайте взрыв, да. Пожалуйста, скоро делайте, скоро, да, да.

— Лао Чун, ты нас слышишь? Живые есть?

— Нет. Очень, очень больно... Делайте взрыв крыши, да. Скоро, сейчас.

— Это Изя. Что там за фигня?

— Кажется, микроволновая защита. Жуткая штука. Их там заживо зажарило. Взрываем.

— Да, да, быстро... Очень плохо. Быстро, сейчас, да.

— Да, Лао... Сейчас.

— Стоп! Стоп! Группа Аги там, внизу!

[ грохот ]

— Раз, раз, раз! Говорит Изя Кацман. Сообщаем всему цивилизованному миру: мы взяли всех! Yes!!! Мы сделали это!! Мировое Правительство в нашем полном распоряжении. Правда, тут, кажется, не все в полной сохранности. Да, так уж получилось. Кое-кто ласты склеил, когда мы вскрывали потолок. Жаль, жаль. Хотелось бы пощупать сальце у всех этих жирных хазеров... Мне говорят, что тут есть мои этнические братья. О мои этнические братья! Я таки скажу вам хорошую новость, которую вы ещё не знаете: для меня вы тоже хазеры. В этом грёбаном хазерском мире было всего три хороших еврея — Маркс, Троцкий, и мой дядя Авром, да будет он благословен... Остальные — свиньи, жирные свиньи. Вот они тут сидят перед нами на полу и держатся за свои сальные затылки. Да, да, руки за голову, свиньи, пальчики в пальчики, сейчас я вас научу, как это делается... Кстати — все, кто слушает нас сейчас и сочувствует нашему делу! Помяните Йена и его ребят, он нас прикрыл.

[ пауза ]

— Ну что, хорошие парни всей земли, мы сейчас устроим смешную штуку. Давайте возьмём интервью в прямом эфире у какой-нибудь жирной свиньи. Ой-вэй, я вот даже не знаю, с кого начать. Ха! Кажется, есть одна свинья в мундире. У меня особые чувства к мундирам, ребята. Поэтому извиняйте, если что не так, но я начну с него...