Словом, когда Ольга уже замужней дамой вернулась в свою квартиру в Лоскутном квартале, ничего особенно нового в ее жизни не появилось.
Гораздо больше перемен произошло в судьбе ее возлюбленного супруга. То, что Диего после свадьбы избавился от проклятия, отравлявшего ему жизнь последние несколько лун, было несомненно большой радостью, но давно ожидалось и никого не удивило. А вот больной вопрос с именами, который так его угнетал и вызывал такие сомнения, неожиданно решился самым незамысловатым образом. Как заметил логичный Шеллар, "Это должно было случиться рано или поздно. Слишком много противоречий образовалось вокруг вопроса идентификации товарища Кантора, и они закономерно должны были решиться в какую-то сторону. Учитывая такую значительную утечку информации, шансов скрываться далее у него уже не осталось. Странно, что он сам этого не понимал".
Король, как всегда, был прав. На такое событие, как собственная свадьба, Диего не мог не пригласить родителей. Время вынужденной конспирации прошло, а личная прихоть - не повод для подобного пренебрежения. Родители, в свою очередь, не могли его не поздравить. Наверное, в тот момент он и понял, что выбор становится слишком жестким. Что, если он действительно хочет отказаться от прежнего имени и связанной с ним славы, ему придется всю оставшуюся жизнь публично отрекаться от отца с матерью при каждой встрече. И на это у него не хватило сил. Маэстро Эль Драко впервые в присутствии толпы народу признал себя собой, просто обратившись в маэстрине Алламе "мамочка".
На следующее утро о возвращении маэстро знали три столицы. Еще через пару дней - весь континент.
Через две недели сенсация перестала быть новостью, утратила свежесть и тихонько ушла с первых страниц столичных газет.