Сворачиваю к дому. Пятиэтажка, видимость кирпича, но на самом деле сделан из панелей. Сырым бетоном воняет. Четвертая квартира, в первом парадном. У входа в подъезд на лавочке сидит старушка, у нее таблетки в сумке, я знаю. Она смотрит на меня снизу вверх, и тихо говорит:

--Hу наконец-то вы пришли.

--Это от вас поступил сигнал? - спрашиваю я.

--Да, это я к вам позвонила. Вы дадите мне денег?

--А вам не описали процедуру получения вознаграждения?

--Мне что-то говорили, но я не поняла.

--Вам должны были сообщить по телефону ваш личный код-пароль.

Сказав этот код в Отделе Вознаграждений нашей конторы, вы получите двести франков.

--Мне ничего об этом не говорили. Я думала, мне деньги сюда принесут, как пенсию.

--Hет, вы ошиблись, мадемуазель.

--Hо как же мои деньги?

--Я этим не занимаюсь, это не мое поле деятельности. Я похоронный агент.

--Я вижу... Сволочь!

--Успокойтесь. Я думаю, что все уладится. Я попробую узнать, что можно для вас сделать.

--Сволочь.

--Меня зовут агент Рокс, вот моя визитная карточка, - протягиваю ей, Позвоните мне завтра до одиннадцати утра, пока я буду еще в конторе. Я скажу результаты.

--Hе буду я тебе звонить, ты мои деньги украл, вот как! Вот как, ты мои деньги украл!

Молча я захожу в парадное. Сыро и душно, как и предполагалось. Прохожу мимо газетных ящиков, немного морщась от резкого запаха типографской краски. Сколько ее там осело?

Главное, уже сколько жалоб мы написали в муниципалитет. Чтобы чистили, чистили эти чертовый ящики, каждую неделю! Другой четкий запах примешивается к краске. Трупный. Он похож на сырую капусту. Салат из сырой капусты, когда она пропитана собственным соком и постояла так на открытом воздухе часокдругой. Это отсюда, несет из щелей между дверью и косяком квартиры номер четыре. Подхожу, звоню.