Борис, вспоминая концерт JMJ, усомнился во вменяемости тогдашнего своего состояния - он совершенно не помнил бассейна, но его успокоили, заверив, что тот был заколочен.

Hа смотровой площадке извлёкши из рюкзака "Киндзмараули" Борис, как проделавший главный фокус, оставил нам мелкую задачу по вскрытию бутылки. Ключи оказались слишком острыми для пробки, а вот BNC-коннектор Жээмэса подошёл идеально и вскоре - какая удача, что Маша не пила - мы только вспоминали, что было в этой бутылке.

Фил рассказывал анекдоты, новые для меня (я давно отписался от ru.anekdot) и невыносимо приевшиеся остальным, поэтому они каждые 2-3 минуты просили его помолчать.

Затем мы на троллейбусе поехали к Эгвадору - месту сборищ толкиенистов, если на официальном языке, то в Hескучный сад. Добрались мы без особых приключений. Зайдя в магазин, запаслись снедью и затем пошли в сам сад. Войдя, я нехотя вспомнил о выпитом пиве и, предупредив остальных, пошёл за "отдельно стоящее здание", как сказал бы топограф. Боковым зрением я заметил проезжавшую ментовскую машину (как позже узнал, в простонародье называемую "телевизор") и понадеялся, что они не столь наблюдательны. Hо contra spem spero не удалось, и я так и легко и изящно, не потратив ни рубля на Фанту, приобрёл транспортное средство. Как потом сказал Борис, увидев ментовский рафик, он предположил о том, что я решил покинуть их компанию и проверил окриком - я не отозвался и он убедился в своей правоте. Дальше до меня долетали только обрывки фраз: "...заплатить... ...взятку?!.. ...у вас столько денег нет!... ...штуку мне, штуку сержанту, штуку дежурному!...".

В отделении оказалось на удивление тепло, что было впору после несколько прохладной погоды. Сержант обыскивал меня необычайно вяло, исследовав только боковые карманы куртки и даже не заглянув в рюкзак.