Аэровокзал я нашёл на удивление быстро, и он мне даже понравился чисто, уютно. Постоянные напоминания пассажирам по радио о том, чтобы они не поддавались мошенникам, чем-то неуловимо напоминали комментарии к программе "/* Здесь надо не забыть написать умный, ясный и очень подробный комментарий! */".

Поднявшись в бар я спросил у уже сдвинувшей столы группы молодых людей "не фидошники ли здесь собрались?" - они самые, голубчики. Я представился близсидевшим ребятам - они меня, как ни странно, знали - это были Лёша Хороших и не менее Лёша Полозов (тщательно подменяющий пятую букву своей фамилии в поле From на 's'). Я спросил их совета в выборе местных напитков - оказалось, что почти никто из присутствующих не изменяет пиву. Тогда пошёл к стойке и купил пиво и салат из креветок. Возвращаясь назад, я забыл про ступеньки, но подвиг Hестеренко мне повторить не удалось видимо, из-за отсутствия цитрусового. Прийдя, снял верхнюю одежду, был опрошен насчёт того, баскетболист ли я (куртка отчетливо гласила "Chicago bulls") и, получив отрицательный ответ, Лёши пришли к выводу, что я развожу быков в Чикаго.

Затем я прошёл вдоль стола, представившись присутствовавшим.

Чуть позже Хороших сказал, что представлял меня другим - большим и необъятным. Известная логическая ошибка: если большое видится на расстоянии, то это не значит, что всё, что видится на расстоянии, большое.

Hа входе возник силуэт Hестеренко, но я сидел в конце стола и пока он дошёл до меня, ему успели настучать, и на "Я - Экслер" он ответил "Я знаю". И даже паспорт не спросил, а может это не я приехал на экслеровку?! Саша пошёл к стойке бара и вернулся со Смирновской - до того на столе было только пиво и шампанское.

Вскоре пришла Марина Синицина - что забавно, не видя до тех пор фотографий, именно такой я себе её и представлял.