Сине-зеленые волны Недремлющего Моря медленно, со стоном всей своей мощью накатывались на темные прибрежные скалы, словно пытаясь сдвинуть их вглубь суши. Будто отлитые из светлого стекла, волны не прекращали свой бесполезный труд ни днем, ни ночью. Море неустанно билось о каменные сердца скал, посылая на них волну за волной – и завеса из мельчайших искристых капель постоянно скрывала кромку берега.

Ветер подхватывал эти брызги и нес их через каменистые кручи, стараясь своим дыханием закинуть их как можно дальше – прямо до башен замка Хайевер.

Но даже самый свирепый шторм, с воем обрушивающий на берега стены черной шипящей воды и поднимающий в воздух тучи серой пены, ни разу не добросил ни одной капли до Башни Ветров, гордо возвышающейся над фамильным замком тейрнов Кусландов. Башня стояла слишком далеко от воды, чтобы море могло оставить на ней свои отметины. Никакие бури и ветры не могли поколебать величия ее серых стен – башня могла спокойно смотреть на Недремлющее Море.

Ее мощь и высота, спокойствие и непоколебимость были олицетворением прочности и надежности рода Кусландов – одного из известнейших родов Ферелдена. Тейрны уступали по знатности и богатству только королю, а их верность и благородство вовсе не нуждались в сравнениях.

* * *

Брайс Кусланд, тейрн Хайевера, зашел в свой кабинет, чтобы скрепить фамильной печатью письмо для короля. Эта печать хранилась в ларце с прихотливым замком.

От возни с сургучом

– Элайн! Элайн! – звала она. – Миледи! Ну же! Вот чертовка, ну погоди у меня… – и Нэн исчезла за углом.

Тейрн улыбнулся. Опять его неугомонная дочь сбежала от присмотра няньки.

У них с Элеонорой было двое детей. Старший сын, Фергюс, девяти лет, и младшая – Элайн, которой недавно исполнилось четыре года. Уже четыре! А казалось, она родилась только вчера…

Элайн росла неугомонным и непослушным ребенком, в отличие от старшего брата, который был покладистым и серьезным.