Она проказливо улыбнулась этой мысли. Пускай идея первоначально принадлежала ее матери, а доктор Харрингтон с энтузиазмом поддержала подход Стефани к этой проблеме, но Стефани не посвящала мать во все части своего плана. В чем-то это было вызвано желанием избежать чувства неловкости, если план не сработает, но в основном она просто знала, что родители не одобрят ее… практический метод. К счастью, одно дело, предполагать то, что они сказали бы, возникни такая ситуация, а другое дело, слышать это от них на самом деле, поэтому-то она тщательно избегала вообще поднимать этот вопрос.

Последний год все больше хозяйств сообщало о пропаже урожая. Поначалу люди склонялись к мысли о каком-то розыгрыше, особенно потому, что всегда исчезал только один вид растений. Сама Стефани не могла представить, зачем кому-либо понадобилось красть сельдерей, который она ела только под нажимом родителей, но ясно, что кто-то думал иначе. Вопрос в том, кто это. Логически рассуждая, раз сельдерей был завезен с Земли, на Сфинксе им не должен был интересоваться никто, кроме людей, но очень ограниченное число свидетельств указывало на обратное. Тот, кто стоял за этим, должен быть дьявольски хитер, поскольку ему удавалось входить и выходить из мест, куда не смог бы проникнуть ни один человек, и он оставлял очень мало зацепок. Но Стефани заметила систему. Во-первых, сельдерей всегда крали только с удаленных усадеб, и никогда с фермерских участков и теплиц вблизи города. И, во-вторых, вор всегда действовал ночью и, по возможности, под покровом ненастной погоды. По большей части, это означало, что набег на теплицу совершали дождавшись снежной бури, когда вьюга заметет все следы, которые они могли бы оставить.