Тем временем Саня слез с лестницы и отошёл в сторону, любуясь своим художеством.
— Здорово, правда? Это название я придумал сам, — оповестил он командира.
— Недурно придумано, юнга, — согласился Аскольд Витальевич. — Видно, вы прирождённый путешественник.
— Ах, разве имеет значение, как называется твой корабль? Лучше бы поскорей в дорогу! — нетерпеливо воскликнул Петенька.
— Вы не правы, штурман, — возразил командир. — На корабле, название которого придумано кое-как, у вас ничего не выйдет. Поверьте моему опыту!
— Если есть уже удачное название, что же мы тогда копаемся? — закричал нетерпеливый штурман.
— Ещё не все в сборе, — спокойно заметил командир.
Тут же из-за развалин пакгауза долетело металлическое бряцание, и на пустыре появился Кузьма с узелком, из которого торчало горлышко маслёнки.
— Прошу знакомиться. Наш штурман. — И командир указал на Петеньку. — Это наш юнга, прошу любить и жаловать. — Командир кивнул в сторону Сани. — А это наш новый механик. — И командир положил ладонь на стальное плечо Кузьмы.
— Здравствуйте, штурман. Здравствуйте, юнга, — сказал Кузьма застенчиво.
— Что уж там, зовите нас просто Петей и Саней, — предложил смущённо Саня.
— Да удобно ли? Вы как-никак материя органическая, а я всего лишь вспомогательный механизм, — ещё более смутился Кузьма.
— Ничего подобного! Вы наш боевой товарищ, вот что! — возразил Саня.
— И вдобавок старше по возрасту. Поэтому зовите нас просто по имени, — горячо добавил Петя.
— Спасибо, ребята, — растрогался Кузьма и украдкой смахнул каплю масла со своих линз, заменяющих глаза.
Командир тоже было расчувствовался, но быстро переборол себя и приказал занять места. Наши путешественники молниеносно заполнили корабль и приготовились к запуску, который должен был произвести сам конструктор.
Читатель помнит, конечно, что в это время конструктор Эдик сидел у края ямы и задумчиво поигрывал отвёрткой. Он увлёкся очередной идеей и забыл, что его отважные приятели собрались в путешествие, где их, несомненно, уже с первой минуты караулят нескончаемые опасности, и даже не обратил внимания, когда сквозь стены звездолёта послышался далёкий голос великого астронавта: