— Мы где-то уже встречались. Что-то в вас есть знакомое, — произнёс командир задумчиво.

— Нет, вы ошибаетесь. Мы с вами не встречались. это точно, — возразил незнакомец с набитым ртом и энергично замотал головой. — В противном случае уж я-то бы вас узнал сразу. Вы такая, извините, колоритная фигура, Аскольд Витальевич.

— Вполне, вполне возможно, — кивнул командир, — но что-то, понимаете, мне кажется…

— Может, с кем-нибудь путаете, но лично меня зовут Егором, — сказал незнакомец подчёркнуто. — Двадцать лет назад моя ракета потерпела аварию в этих краях. Мой спутник небрежно обращался с газовой плитой, и в один прекрасный момент наш корабль разнесло в клочья. Уж сколько раз я говорил: «Толя, будь осторожен, не шустри». Так оно и вышло. Короче, взрыв разбросал нас в разные части света. Я, как видите, оказался на этом астероиде, а мой товарищ полетел в сторону планеты Алоя. «Егорушка, если спасёшься сам, прилетай, пожалуйста, ко мне на помощь!» — вот что он крикнул мне напоследок, уже издалека. Он так и крикнул: «Егорушка!» — повторил Робинзон, ещё раз подчёркивая своё имя.

— Выходит, я ошибся, — признал прямой и честный астронавт. — Ваше имя мне совершенно незнакомо.

Егор вздохнул тяжело и сказал:

— Вот я сейчас питаюсь манной кашей, а мой несчастный Толя, может быть…

Он не договорил и, будто отрывая от себя что-то дорогое, с усилием отодвинул тарелку с манной кашей.

— Кушайте, кушайте… Кушайте на здоровье! — всполошилась Марина, вновь придвигая кашу. — Мы не оставим в беде вашего Васю. Правда, правда!

— Разве я назвал его Васей? — насторожился Робинзон. — Обычно я всем говорю, что его звали Толей.

— Мы сейчас же отправимся на планету Алоя! — перебил его Саня, поднимаясь и возбуждённо блестя глазами.