Я его тогда слушала, а сама думала: зачем он пришёл? Понятно, зачем: за синюками, конечно! Вся округа знает, что у нас в этом году запас самый большой. И Розовые Люди знают. А теперь болтовню развёл думает, и мне так мозги заболтать сумеет. А потом стукнет и все кристаллы себе заберёт. Hо я же самочка умная! Я как всё это поняла, так сразу к стене прыгнула. Там, на стене, мамина гана висела. У меня своей тогда ещё не было, но стрелять меня мама уже научила. И всегда говорила, что у меня здорово получается - совсем как у папы! А ещё меня мама учила, что если гану в руки берёшь, то не надо ей, как палкой, размахивать и всяких глупых речей произносить. Ты же, говорит, её чтоб Убивать берёшь - вот и Убивай. Прицелься, и сразу же нажми, ни секунды не тратя. А речь можешь и потом произнести, если очень хочется.

Вот я в ту секунду все мамины наставления вспомнила. Тут же гану на Розового Людя направила, и тут же нажала. Он даже сказать ничего не успел. Только руками махнул, как выворотень, и на пол завалился. А крови из него натекло! Я тогда подумала, что мама, как придёт, ругать меня будет, что весь пол испачкала. Что надо было Розового Людя ещё раньше Убить. Сразу, в прихожей, а не в дом пускать. Я тогда быстро всё вытирать бросилась. Вытереть не вытерла, а сама в кровище вымазалась! И вот мама заходит. Она сразу на всё посмотрела и оценила. А я ей обстановку докладываю. И спрашиваю: "Ма, я всё правильно сделала?" "Hу, доченька, - говорит мама, - ты даже немного переусердствовала." Вот это я так и не поняла тогда. Как же переусердствовала, если я наши кристаллы защищала? Hо потом она меня обняла, и говорит: "Что ж, Инь, ты теперь у меня уже совсем взрослая. Ты теперь уже знаешь, что такое Убить. Так что можешь теперь сама как хочешь жить, и у меня больше советов не спрашивать." Вот так и сказала. Только я, конечно, всё равно с мамой жить осталась. Если я уйду, так как же она сама со всем хозяйством справляться будет?