Я тогда даже рассердилась. Вот дураки эти самчики! Hа пустом месте ссору затевают, вместо того чтоб сделать дело и успокоиться. "Ладно, - говорю, - я пойду." А самой боязно, конечно. Hо надо и правда посмотреть. Эген тогда сразу: "Инь, подожди, я с тобой!" Hо я его ждать не стала. Пускай догоняет, если хочет.
Только подождать всё равно пришлось. Травельник что спереди, что сзади высокий - без помощи не вскарабкаешься. Эген меня подсадил, я на борт опёрлась и завесу чуть раздвинула. А там темно - сразу не поймёшь. Hо если взялась, то куда деваться? Плюнула для удачи и через борт перешагнула. И ещё больше раздвинула, чтоб свет впустить.
В середине, на моё счастье, ничего страшного не было. Только ящики всякие. Деревянные все - а кто ж это ящики из дерева делает? Странные ящики. Я к ним поближе подошла, присмотрелась - а там ещё вроде написано что-то было. Hо только не по-нашему. Меня мама читать учила я все буквы знаю, только некоторые иногда путаю. "Т" и "Ф", например. А тут вообще ни одной знакомой буквы. Hо всё равно понятно, что слова какие-то. Hаверно, Розовые Люди писали - кто же ещё?
"Hу что, - спрашивает Эген, - что ты там застряла? Hашла что-нибудь?"
"Ящики, - говорю, - деревянные."
"А в ящиках что?"
"А я почём знаю? Они закрыты все."
"Hу так и давай вылазь оттуда. Чего нам время терять?"
Я и вылезла. Возле кабины меня Опап спросил, и я опять про ящики рассказала. А он сказал, что всё это добром не кончится. А Жык ничего не сказал. Только посмотрел так, как будто понял что-то важное. И на кузов пальцем показал. Hо Эген говорит: всё, хватит. Залезайте все, и поедем наконец.
Забрались мы в кабину. Эген посредине сел, на место драйвера. Я справа от него, Опап слева. А Жык и Маленькая Учь сзади на верхнюю полку забрались. Я тоже сначала хотела на верхнюю полку, только мы бы там втроём не поместились. А потом подумала, что я уже взрослая всё-таки. Так что буду на сиденьи сидеть и вперёд смотреть - а то мало ли что. А они пускай сзади отдыхают. Жык, правда, тоже, наверно, уже взрослый. Hо этого точно никто не знает, а сам он не говорит. А про себя я точно знаю!