Дикторша на экране продолжала нести всякую чушь по поводу больших возможностей и раздвинутых горизонтов, но Жак ее уже не слушал. Он думал. Те, кто знал его достаточно близко, а присутствовавшие в этот момент в комнате Фред, Лиз и Полли, безусловно, относились к этой счастливой категории, знали также, что прерывать мыслительный процесс попросту опасно. Наконец Жак вышел из транса.

– Мы устраиваем вечеринку! – объявил он.

– Я-то думала, ты что-нибудь скажешь об этом… – разочарованно сказала Полли, сделав неопределенный жест в сторону телевизора. – В кои-то веки создан межзвездный двигатель, причем даже звездолета строить не надо, а все, что ты можешь сказать, – вечеринка… Постой-постой… – Полли была умной девочкой, иначе Жак, разумеется, не стал бы с нею дружить. – Ты хочешь сказать… О! – Полли восторженно закатила глаза. – Жак, ты гений!

– Можно для дураков, помедленнее? – попросил Фред, который пока не понял, в чем же состоит гениальность его товарища.

– Повторяю для дураков, – вежливо сказал Жак. – Только что… – Он говорил по слогам, как бы подчеркивая, что речь его предназначается именно для дураков, а не для кого-то еще, – по те-ле-ви-зо-ру, пе-ре-да-ли…

– Ладно, Жак! Кончай выпендриваться.

– Передали, – заговорил Жак своим нормальным голосом, – что письмо, которое получил позавчера по Интернету практически весь мир, ДЕЙСТВИТЕЛЬНО содержит описание межзвездного транспортера. Плюс – координаты двух планет, пригодных для жизни. Восемь идиотов, которым не лень было собрать эту схему, примитивную, кстати, схему, я помню, там побывали и сегодня вернулись. Что отсюда следует?