— Каковы же они? — спросил граф.

— Вы должны попросить моего мужа рассказать вам, как мистер Керби перестроил порт, соорудил несколько новых зданий и сделал еще много всего, я сейчас уж точно и не вспомню! — ответила герцогиня.

«Мне бы так хотелось обо всем этом услышать», — подумала Дорина.

Затем, глядя на свое отражение в зеркале, она заметила новые шелушащиеся пятна на веках и в уголках глаз. Это было следствием ее недавней поездки на охоту — единственного развлечения, которое она позволяла себе вне дома.

Как всегда, избегая многолюдных компаний, Дорина старалась выезжать лишь в те дни, когда в охоте участвовало немного народу.

Она была отличной наездницей и обычно с легкостью отрывалась от основной группы поглощенных болтовней и сплетнями дам, зачастую к концу дня оказываясь единственной, кто еще держался в седле.

Но холодный ветер, морозный воздух или дождь оказывали плохое воздействие на ее кожу. Экзема, а именно так доктора называли ее болезнь, неизменно усиливалась после дня, проведенного на охоте.

«Что ж, игра стоит свеч», — говорила себе Дорина, даже когда страшный зуд не давал ей уснуть по ночам.

Однако сейчас ей так хотелось познакомиться с Максимусом Керби, что, глядя на свою красную, шелушащуюся кожу, она испытывала почти отчаяние.

Как могла она спуститься вниз и появиться в гостиной в таком виде? Какую боль она испытает, увидев выражение брезгливости, если не отвращения, на его лице, и потом, когда он так же, как и все другие, отвернется от нее в замешательстве.

Следующим утром она следила за его отъездом. К этому времени все домашние уже знали, что он просил руки Летти, что граф согласился, и через год, когда Летти исполнится восемнадцать, они поженятся.

Дорина слышала, как мистер Керби прощался в холле с ее отцом.

— Это был очень счастливый визит для меня, — сказал Керби.