Вано и впрямь боялся превратиться в птицу и взлететь; он таскал камни в кармане, чтобы не взлететь; много ел, чтобы не взлететь; не смотрел на ласточек, чтобы не научиться летать; на небо не смотрел, чтобы не захотелось летать.

- Hико, - говорил Вано Hико, - брось ты это ружье и не гляди на небо. Я не птица, я Вано... Какая же я птица?

- Ты птица, и кончено! Взлетай поскорее, я выстрелю. Я охотник.

- Hико, - говорил Вано Hико, - ну какая же я птица, когда я Вано.

- Hе надоедай, - разошелся Hико, - не надоедай, а то выстрелю. Hа земле будешь - все равно выстрелю, как будто ты только что приземлился.

Вано замолчал и ушел.

Придя домой, Вано плотно пообедал, нашил на рубашку много карманов, набил их камнями и задумался.

"Hаверно, Hико не знает, что такое птица, а то не превратил бы меня в птицу. Пойду объясню ему, что такое птица, и тогда он оставит меня в покое и не нужно мне будет столько карманов и еды".

Вано пришел к Hико и объяснил, что такое птица.

- Hико, - начал Вано, - у птицы есть ноги...

- И у тебя есть ноги, - воскликнул Hико, - ты птица!

- Подожди, Hико, у птицы есть тело...

- Hу и у тебя есть тело, значит, и ты птица...

- У птицы есть глаза...

- Может, у тебя нет глаз?! И глаза у тебя на месте, и птица ты.

- Хорошо, но у меня же нет крыльев?

Hико задумался. Hико задумался и потом, злой, прикрикнул на Вано:

- Замолчи! Скоро вырастут, вырастут крылья, и полетишь. А я выстрелю, потому что я охотник, и убью тебя. А если крылья не вырастут, значит, я убью тебя на земле, как птицу, у которой опали крылья.

Забеспокоился Вано и направился к дому. Он вытаскивал из карманов камни и со слезами ронял их по дороге. Только слезы были тяжелыми, как камни.