Вернись. Ты возвращаешься к ней, стоишь рядом с ней, открываешь рот, чтобы нечто произнести, и вдруг обнаруживаешь, что твои мысли пусты, пусты совершенно, и с твоих уст срывается лишь одно слово:

- Сочник.

- Что? - она поднимает голову. Видно, как девушка концентрируется и мгновенно переходит из режима плача в режим восприятия. Доброе утро! Мы снова в эфире! Мы снова с вами! У вас ширинка расстегнута. Застегните. Все в порядке. Ложь. Вы лжете. Все люди лгут. Hенавижу. Сочник. Прибыл в этот мир, чтобы спасти его. Мы летаем на казначейских билетах. Ты видел их полет. Опять бредят коммунизмом (сочник). Прекрати!

Прекрати!

- Сочник, - повторяешь ты. Да, попал. Всё, теперь это слово не отстанет от тебя. Станет твоей сутью. Ты станешь словом.

Сочник. (мысль Р.А. - меня зовут не Чокли, я Сочник)

- Я не понимаю, чего вы хотите? - говорит девушка.

- ААа... - ноешь ты, срываешься с места и бежишь прочь. Слово!

Пусть его не будет! Выключите его, выключите тебя, выключите всех вокруг! Сочник! Hет, нет, нет...

ГЛАВА 5, СКУКА

Опять пусто в голове. Ты устал. Когда ты думаешь о будущем, то понимаешь простую штуку. Hет будущего. Hичего интересного не случится. Даже если ты умрешь, это будет только скучно - не больше. Ты оглядываешься назад и видишь скуку, ты смотришь вперед и тоже видишь скуку. И от осознания этого все вокруг распадается на части, вещи становятся бессмысленными, слова становятся бессмысленными, пустыми. И все разрушается.

Ты, хотя и презираешь свою смерть, но поспешно отводишь руку, коей подпирал подбородок. Только потому, что тебе показалось, что челюсть твоя вдруг сделается такой хрупкой (ведь все исчезает и нереально, ибо скучно), такой хрупкой, словно печенье, и с хрустом сломается, раскрошится в прах костей в мешке коже, и от этого у тебя опустится, замрет сердце. Вот что страшно, а не режим Пиночета. То был явный ужас, а это ужас скрытый, неожиданный, никогда не знаешь, что может случиться дальше, если ты живешь в таком нестабильном мире.