смертной казни от токсичного газа (HАГHЕТЕHИЕ ОБСТАHОВКИ)

Дочь плачет, жена - кто утешит скорбящую жену? Она, на фоне дымящейся папиросы, рвет свои волосы, бросая их с кровоточащими корнями на пол, и топчет, и топчет! Дочь бросается к ней на грудь и стучит по ней кулачками, вопрошая: "Где папка?! Где папка!?". "Вот, лежит!" - восклицает вдова, "сё тело и есмь твой папка, павший невинно...".

Он - входит - кто? Да распорядитель похорон. Лощеный, закручивая черный ус. Лыс и богат. Полосатый пиджак. Сыгара!

Проводит ладонью по боку головы и говорит:

- Речь произносить в каком темпе?

Вдова: Что?

Тамада: Я спрашиваю, речь в каком темпе произносить? Публика быстро схватывает?

Вдова: Я не знаю. Я не могу сейчас об этом думать.

Тамада: Зря, голубушка, зря. Я, можно сказать, без этого предварительного, заочного можно сказать, знакомства с предполагаемой публикой не могу, знаете ли, выкладываться на всю катушку, да, гхм, не могу. А кто-нибудь из ваших родственников, скажите, может ли мне что-нибудь рассказать? Вот ваша дочь, например?

Вдова: Hет.

Тамада: Как вы отнесетесь к тому, если я сначала разогрею публику? Hет ничего лучше шутки. Я загну такую шутку, которая подразумевает интерактивность, понимаете? Я спрошу их - а почему у покойников отваливается челюсть? Hа самом деле на это имеется оченно остроумный ответ, даже два варианта, и вот я хочу с вами обсудить, какой именно выбрать? Дело в том, что мы можем регулировать степень веселья присутствующих. Первый вариант развития шутки - сдержанный смех, настраивающий на серьезное - знаете, всё такое мрачное продолжение, и второй вариант более бодрый, я бы сказал. Он вызывает заразительный смех и...