каждый... каждый предмет, хоть чуть-чуть сюда углубившийся, должен просто млеть, таять и стонать от восторга... а тем более - самый чувствительный в организме предмет... в этих вопросах... надо только надавить посильнее... там так тоненько, узко и горячо... о, какая прелесть... нет слов... там дальше какое-то затруднение, но можно и не очень вглубь... у самой наружи вперед-назад, плюс-минус сантиметр, филигранная техника, но сколько восторга и возбуждения; кто сказал, что так нельзя? Можно чутьчуть увеличить амплитуду, сама природа требует этого... Рука здесь уже не нужна, она только мешает - рука должна вернуться на прежнее место... рука возвращается, но сразу же сбивается с пути, найдя под платьем столько всего теплого, милого и уютного... да и вообще, что ей делать на прежнем месте - бедная девочка уже устала сопротивляться, она только дрожит - здесь лучше, вот... одно из полушарий, или четвертьшарий... неважно - так вот, если его взять в ладонь... Если его...

...Он почувствовал, как приближается перелом, склон холма, скольжение вниз, воздушная яма, кайф крупными хлопьями; он затряс головой и нырнул, как пикирующий бомбардировщик, в самую глубину, в горячее кричащее чрево, потому что бомбы уже сыпались, а взятый сегодня боекомплект был как никогда тяжел; и в самом низу он почувствовал, что из пике уже не выйти. Стрелка спидометра зашлась до конца, крылья с визжащими моторами отламываются от фюзеляжа - элероны до отказа вверх - и вибрирующий остов плавно, как в жидкий гелий, входит в алую кровь, в податливый дерн, асфальт, крыши, чтобы воздух сомкнулся над головой, чтобы на самое дно, туда, где лопаются мыльные пузыри, тротилл жизни, термоядерное Сотворение..."

Так...последние десять секунд еще разик:

"...Волна шла от ног к голове. Ее основная тяжесть пришлась на самую середину, и в этот момент он вдавил себя до основания в ее сердце, тело, душу; он затряс головой, чувствуя, как из чресел, пульсируя, исходит сладкая тяжесть; небо над головой стало лиловым, и черные всадники силуэтами сошлись возле пруда - черное на лиловом, небо над кружком воды, они смотрят, как последняя дрожь стекает по ногам вниз, каждый спазм падающая звезда, зарницы в лиловом небе, реже, реже, пока их контуры не станут совсем неразличимы - черные на лиловом..."



7 из 9