Десятилетнего мальчика обожали все, хотя на его острые вопросы не каждый был готов ответить. Умный не по возрасту, рассудительный, талантливый, он мечтал стать художником или архитектором, как отец. Его рисунками восхищались все. Лучшие акварели вставляли в рамки, вешали на стены коттеджа. В свободное от рисования время Павлик вел переписку с друзьями по Интернету, посещал школу гимнастики и акробатики, много читал. Очень искренний, он не терпел обмана, из-за чего потерял много друзей, называя их врушками. В его возрасте трудно понять, что сверстники не врут, а фантазируют. Лгут взрослые. Не всегда во вред. Придет время, и Павлик, став взрослым, поймет простые законы жизни. А может, и не поймет. Тогда ему туго придется в жизни. Сейчас Павлик занимался своей любимой собакой _ овчаркой Долли. Умная псина прыгала через обруч, подчинялась всем командам хозяина. Тоже себе на уме. На мангале жарилось мясо, и она рассчитывала на свою долю. Приходилось ублажать мальчишку.

Итак, каждый занимался своим делом. Был полдень выходного дня. Никто из обитателей двухэтажного коттеджа, называемого на английский манер «Мой дом — моя крепость», не мог подозревать о незримом присутствии чужой пары глаз. За территорией усадьбы, в стороне от дороги, в кустарнике стоял старый «жигуленок». Из-за укрытия за счастливой семьей наблюдал вооруженный биноклем мужчина лет тридцати с небольшим. Его небритое лицо ничего не выражало. Он был спокоен, холоден и немного задумчив.

Если мы о нем заговорили, то надо понимать, что мужчина здесь очутился не случайно. Придет время, он еще напомнит о себе.

Алексей сложил шампуры с готовым шашлыком на большое блюдо и понес его к столу.

— Кулинарный шедевр готов, господа. Торопись, народ, пока не остыло.

— Ура! — закричал Павлик и побежал к навесу. Долли облегченно вздохнула. Отмучилась и дистанцию до стола преодолела первой.

Арина достала из корзины вино.