Петролаков весьма спокойно взирал на всю эту идиллическую картину, помятуя о своем Беремени Белого Человека, которое не позволяло ему вступать на скользкий путь пояснения отношений с туземцами.

Разразилась бурная немая сцена (похлеще "Hалогового Инспектора), во время которой однозначно раненый Козелли сумел замаскироваться мешком с овсом.

Разъяренный Лесник был прекрасен в гневе: пышные ржаные усы (он не переносил белого хлеба), огнедышащий взгляд, вздымающийся мощный живот, высоко стоящая грудь, с лежащей на ней рюмкой коньяку, пиджак "Болонья", свитер "Агдами", джипси кингс "Лей, славяне!" и вездесущий ментик на голове (эту фуражку ему выдал лично Капитан корабля местного отделения миллилиции - форейтор Порфирий Порфирьевич Камнесдоба, в знак заслуг Лесника в процессе организации посевной рыбалки).

"Что же ты, сукин атэц, встал тут на путях, да так, что горячий эстонский лошадь тебя не переподпругнет!", - выбранился Лесник. "Спокойно, папаша! Пьяный конь бороды не испортит!", - с этими словами Петролаков застремал Динго, да так ловко, что находящаяся в пролете высоко в поднеземье птичка Зинзивер разразилась восторженной очередью.

Застремавшаяся Динго попыталась произвести подкорм скота, путем поедания овса из валявшегося мешка, но пища ей не сильно понравилась, так как явно напоминала что-то иностранное, причем, - итальянское. "Пица", подумала Динга. "Вот, зараза", - подумал притворившийся мешком с овсом Козелли и защебетал зубами от боли, пытаясь спасти свое мужественное достоинство.

Hеожиданно из-за кустов появилась Соленая Парочка: лиса Элиза и кот Бенволио.