– Эдик, ты ему ничего плохого не сделал?

– Нет. Поговорили и разошлись. А что?

Светка приблизилась и, глядя мне прямо в глаза, сказала:

– Если ты его чем-то обидел, он этого просто так не оставит.

Утром в конторе кооператива меня встретил хмурый Вострецов.

– Что-нибудь стряслось, Сан Саныч? – поинтересовался я.

– А ты с Толиком поговори, – посоветовал он. – Очень интересно рассказывает парень, очень.

Толик сидел на подоконнике, и по его лицу было видно, что он действительно готов рассказать что-то интересное.

– Ну давай, – вздохнул я. – Чувствую, что приятных новостей сегодня не будет.

– Да я практически ничего не знаю, – пожал плечами Толик. – Просто вчера вечером заезжал к знакомой в бар «Интуриста» и увидел там поляков – тех, что днем были у нас.

– Ну и что? – не понял я.

– А то, что поляки эти сидели за одним столиком с Соколовским! – не выдержал Вострецов.

– А ты не ошибся, Толик?

– Точно я вам говорю. Они сидели втроем и трепались о чем-то.

– Ну, это еще ни о чем не говорит. Это могла быть случайная встреча. За столиком оказались свободные места, поляки подсели – только и всего.

Толик замотал головой:

– Нет, у них был какой-то серьезный разговор. И когда они прощались, пожали друг другу руки.

– Да что ж тут непонятного, – сказал Вострецов. – Дорогу он нам перебегает, этот Соколовский. Сначала пытался перехватить у нас эту ферму, теперь вот на поляков вышел. Бандит, честное слово.

– А чем он нам реально может помешать? – спросил я. – Ну, поговорил он с поляками, а дальше?

– А дальше поляки заключили сделку с ним, а не с нами – вот и все, – в сердцах сказал Вострецов.

– Ну посмотрим, – вздохнул я. – Что там у тебя с договором?

– Сейчас поеду к председателю. Думаю, сегодня уже начнем оформлять бумаги.