Например, сегодня все остальные женщины в аудитории были в платьях, мужчины в летних костюмах и галстуках, и только Бетси явилась в футболке и брюках, совершив то, что наверняка было первым в бесконечной серии нарушений общепринятого этикета. Она не отличалась здравостью суждений, и с этим ничего нельзя было поделать; с самого детства и по сей день она бросалась в различные предприятия очертя голову, не заботясь проверить, натянута ли страховочная сетка, которая убережет ее от падения. Разумеется, никто не удосужился сообщить ей, что приветственная речь доктора Джонса является сугубо официальным мероприятием, все говорили лишь о том, какой он дряхлый и больной, и о том, что на самом деле всем руководит Боб Томас. И вот теперь, в надежде исправить очередной промах, Бетси шарила в рюкзаке в поисках губной помады и пары сережек, которые могли хоть немного скрасить впечатление.

Оказавшись в маленьком городке, Бетси совершенно утратила ориентацию. Она привыкла к жизни большого мегаполиса с его рытвинами на дорогах, карманными воришками, парковочными талонами и двойными замками. Здесь, будь то утро, день или ночь, она никак не могла понять, в какой точке Хаддана находится. Она отправлялась в аптеку на Мейн-стрит или «Бутербродную Селены» на углу Пайн-стрит, а оказывалась на городском кладбище в поле за ратушей. Она шла на рынок, чтобы купить хлеба или булочек, а обнаруживала, что вместо этого попала на извилистую боковую дорогу, ведущую к пруду Шестой Заповеди, глубокому водоему У излучины реки, где росли хвощи и дикий сельдерей. Когда она сбивалась с пути, часто проходили целые часы, прежде чем ей удавалось найти дорогу обратно в «Святую Анну». Горожане уже привыкли, что миловидная смуглая женщина частенько бродит по окрестностям, спрашивая дорогу у школьников, перелезает через заборы, все равно умудряясь в очередной раз свернуть не туда.