Дальше по улице стоят несколько магазинов с темными витринами: дневной обмен валюты, лавочка со всякой мелочевкой, забегаловка, маленький торговый центр с затянутыми решеткой окнами и дверью. Кое-где на пороге притулись бесформенные кучи, укрытые от дождя драными одеялами.

Одна из этих куч оказывается пожилой женщиной, которая окликает его.

— Захотелось новенького, да, гражданин? Не забудь покормить зверушек в зоопарке Блю — это приносит удачу.

Суеверность заставляет его остановиться и бросить нищенке купюру невысокого достоинства, которую она ловко хватает.

— Почему в такую погоду ты спишь на улице?

— Здесь безопасней, чем в спальных блоках, — объясняет она. — Никаких пьянчуг, никакая гниющая сволочь не лезет в твою постель, психопаты не пытаются тебя угробить, чтобы повеселиться…

Он затыкает уши, не желая слышать весь список ужасов, бежит дальше и вскоре оказывается посреди шума и сверкания Полосы. Тротуары здесь переполнены развратниками в дорогих дождевиках, лица многих прохожих скрыты масками и капюшонами — например, как у него, — но многие молодые мужчины и женщины, несмотря на плохую погоду, ходят с непокрытыми головами. Эти вычурно одетые, визгливо смеющиеся люди не кто иные, как профессиональные проститутки, доставленные Снаружи. Представители высшей касты. Ковентри Блю испытывают постоянный недостаток в молодых, привлекательных уголовниках разумной стоимости.

Увеселительные заведения выстроились вдоль улицы, тесно прижавшись друг к другу; они ярко расцвечены голограммами, сверкающими софитами, неоновыми узорами. Он не может оторвать взгляд от невероятных вывесок, которые на все лады рекламируют экстравагантные радости Синей Полосы.