— Это будет не так сложно, — отзывается Тай Болдуин.

— Но твой последний наемник, Киллан Макграф, недооценил Асу, — ледяным голосом произносит Драммонд. — Он, как и сотни наших союзников-халуков, дорого поплатился за эту ошибку. Этот ублюдок — бывший агент СИДа СМТ и смертельно опасен.

— Положитесь на меня, и вы увидите результат, сэр. — Болдуин замолкает на секунду и продолжает снова: — Мы должны принять твердое решение насчет другой угрозы, нависшей над «Галафармой» и халуками. Я имею в виду Еву Айсберг. Не думаю, что дистасис убрал ее с дороги.

Гость отвечает:

— Ну, штурмовикам не добраться до Евы, пока она на Небесном ранчо. Это место неприступно.

— Не для вас, — отзывается шеф безопасности.

— Ты мне не указ, Болдуин! Я не могу… разделаться с Евой, не скомпрометировав себя.

Драммонд торопится усмирить гостя.

— Да нам это и ни к чему. Ева Айсберг подождет. И ты прав: Тай тебе не указ. Указываю здесь я.

Президент «Галафармы» замолкает, неожиданно заинтересовавшись финалом происходящей на сцене садомазохистской драмы. Когда зал погружается в темноту, он поворачивается к барной стойке и внимательно рассматривает бутылки с экзотическими ликерами.

— У тебя, парень, есть шесть недель. Я ожидаю, что к тому времени петиция «Оплота» на получение статуса концерна будет отклонена. Также надеюсь устранить Катю Вандерпост. Так или иначе, но ее голос обязан поддержать слияние с «Галафармой». Это очень важно.

— Понимаю.

— Надеюсь. Не стану напоминать, что Катя живет в Фениксе, в пентхаузе Аризоны, а не на Небесном ранчо. Если она не поддастся убеждениям — если благополучный исход ситуации потребует исключительных мер, — то именно тебе придется исправлять положение.

Кровь приливает к его щекам. Не решаясь говорить, он продолжает неловко стоять, сжимая кулаки. Шеф безопасности «Галафармы» делает шаг к нему, но буквально в это же время его ярость и гнев рассеиваются.