- Как - выслать? - помертвев, спросил Томас. - Куда - выслать?

От волнения и обилия канцелярских фраз в словах следователя Томас почти ничего не понял из того, что тот говорил, но слово "выслать" очень его испугало. От него пахн?уло этапами, пересыльными тюрьмами, какой-нибудь, прости господи, Коми АССР, столица Сыктывкар, с ее зонами и лесоповалами.

- Вы будете выдворены на территорию своей республики, - сухо объяснил следователь. - Вы все поняли?

- Так точно, все, абсолютно все, - закивал Томас, хотя по-прежнему не понимал ничего.

- А теперь, Фитиль, послушай меня, - вступил в разговор капитан. - Я с ребятами неделю потратил, чтобы тебя прихватить. И мы это сделали. Но благодарности не получим. Так что считай, что тебе здорово повезло. Но если ты хоть раз появишься в Питере, хотя бы даже туристом, крупно пожалеешь. Это дело будет тебя ждать. И получишь по нему на всю катушку. Это лично я тебе обещаю, а моему слову можно верить. И я не посмотрю, иностранный ты гражданин или не иностранный. Все запомнил?

- Все, товарищ капитан, - заверил Томас. - Спасибо, товарищ капитан. Можно только один вопрос? Почему я нежелательный иностранец? Верней, почему нежелательный, это я понимаю. Но почему иностранец?

Капитан и следователь с недоумением посмотрели сначала на него, потом друг на друга, а затем разом расхохотались. Капитан даже хлопал себя по ляжкам и приговаривал: "Я не могу! Нет, не могу! Мы тут на ушах стоим, а он..."

- Ты газеты хоть иногда читаешь? - отсмеявшись, спросил он.

- Регулярно, - с достоинством ответил Томас. - Хронику происшествий, спорт, новости культурной жизни. Но в "Крестах" нам газет не давали.