Я свое сказал. Прямо сейчас отвечать не обязательно, но в ближайшее время поинтересуюсь. Само собой, что все будет оплачено. Шибко губу не раскатывайте, но, думаю, сговоримся. Хозяин не нажимал никаких кнопок, в колокольчик тоже не звонил, но дверь в комнату открылась, и вошел парень с кобурой под рубашкой. - Ребята уходят. Проводи. Витьке в гараже скажи, чтоб до станции подбросил. Стоя на пустынном перроне в ожидании электрички, Казак с Корсаром вполголоса обменивались мнениями: - Странный мужичок, ей-богу! - говорил Казак. - То вроде нормальным человеком кажется, а через секунду - вобла сушеная с компьютером в мозгах. А еще минута, и вообще - бандюк натуральный. "Подбрось до станции" - до дома подвезти уже как бы и западло? - Да уж, - соглашался Корсар. - Трудно с ним разговаривать. Никак в тон попасть не получается. А вот насчет предложения его - ты-то что для себя решил? - Даже не знаю. История, конечно, темная, и если все действительно так, как этот дядька думает, то помочь - святое дело. Но будет ли от нас с тобой хоть какой-то толк? Ни тот, ни другой не знали, что в то же самое время Лев Сергеевич задает тот же самый вопрос бритоголовому Саше: - Ну так как твое мнение, будет от них прок? Тот задумчиво поскреб подбородок и решительно ответил: - Будет. Того парнишку, что помоложе, я не очень рассмотрел, а одноглазый... Я бы с ним поработал. - Ну и отлично. Тогда начинай подготовку, как задумано. - Вы думаете, они уже согласны? - Я не думаю. Я знаю, - уверенно ответил Лев Сергеевич.

СИРИЛ МЭНДЕЛ. ОКОНЧАТЕЛЬНЫЙ РАСЧЕТ

Сирил Мэндел разогнулся, с наслаждением вытянул руки вверх, а потом закинул их за голову и размял шею. Затекшие за время сидения перед монитором мышцы отозвались неприятным, болезненным ощущением. Глаза тоже болели. Не вставая, он оттолкнулся ногой от стола.