— Святой отец, я вообще не хочу выходить замуж. Мое желание — стать монахиней. Это же очень просто: я даю монашеский обет и, как это принято, все мои земли отойдут к королю. Все будет так, словно я умерла.

— Но вам еще очень далеко до смерти, леди.

— Ремингтон отойдет к королю Эдуарду, — повторила Тэсс, не обращая внимания на реплику барона, стараясь не замечать, сколь глубок его голос, с какой легкостью он заполняет все помещение и охватывает ее' самое, заставляя вибрировать каждую клеточку. «Господи милостивый, что же это такое со мной происходит?» — в панике подумала она, но продолжила: — Если я уйду в монастырь, Ремингтон останется за Англией, без всякого кровопролития. Мой отчим и король Александр возражать не могут, потому что религиозные обычаи в обеих странах одинаковы. Против церкви они не пойдут. Если же я выйду замуж, неважно даже за кого, войны не миновать.

Закончив свою небольшую речь, она в страхе посмотрела на отца Олвина. Она солгала священнику!

И прямо в лицо!

— Теперь, святой отец, вы видите всю разумность моего плана?

Священник, сжав губы? внимательно изучал пол под ногами, раскачиваясь с носка на пятку.

— А что скажешь ты относительно доводов этой леди? — наконец обратился он к Кенрику.

— Она во многом права, — согласился тот, — пожалуй, кроме одного.

Сердце Тэсс замерло.

— Независимо от того, как она поступит, война будет обязательно.

Вдруг он сделал несколько шагов вперед, и… Тэсс почувствовала, как его теплые пальцы приподняли ее подбородок. Затем он приблизил лицо и заглянул ей в глаза, глубоко — глубоко. И они застыли рядом, обмениваясь друг с другом безмолвными посланиями. Что было в этих посланиях? Предостережение, упрек? А может быть, нечто большее?..

— Она выйдет за меня замуж, — произнес он, не отрывая от нее глаз. Затем большим пальцем провел по ее нижней губе, и тут же позвоночник Тэсс пронзила трепетная дрожь.

Он не дал ей даже возможности ответить. Просто опустил руку и обратился к священнику.