— Мне доставляет удовольствие иметь дело с такими обстоятельными людьми, сеньоры. Итак, я буду выражаться по возможности точнее, чтобы удовлетворить ваше вполне справедливое любопытство. Под круглой суммой я имею в виду тысячу унций золотом, или семнадцать тысяч пиастров.

— О! О! — вскричали они, видимо удивленные столь значительной суммой. — Тысячу унций на двоих!

— Никак нет, по тысяче унций на каждого. У друзей закружилась голова от радости, они недоверчиво посмотрели на незнакомца, но тот только улыбнулся.

— Ну, тогда, — сказал Педросо, проводя рукой по вспотевшему лбу, — надо точно договориться. Ведь вы это серьезно сказали, не правда ли?

— Я говорю совершенно серьезно.

— Вы в самом деле обещаете дать каждому из нас по тысяче унций золотом?

— Да, именно так, по тысяче унций.

— Ну, в таком случае будем играть в открытую, кабальеро.

— Я, со своей стороны, ничего лучшего и не желаю.

— Я первый подам вам пример откровенности.

— Прошу вас.

— Вы конечно же прекрасно поняли, что мы намеревались вас обокрасть?

— Разумеется, сеньор, и добавлю, если это способно доставить вам удовольствие, что я был просто в восторге от того, как ловко вы все это придумали.

— Вы меня смущаете, кабальеро, -скромно заметил Педросо, — но, пожалуйста, вернемся к нашему делу.

— Хорошо. Потрудитесь продолжать, я вас слушаю.

— Итак, благодаря только что упомянутому обстоятельству и по нашим рассказам о себе, у вас должно сложиться ясное представление о том, что мы собой представляем.

— Да.

— Итак, вы знаете, что мы готовы срезать

— Я в этом убежден, сеньоры.

— Чем же объяснить, скажите, пожалуйста, что, зная всю нашу подноготную, вы предлагаете нам такую баснословную сумму?

— Это моя тайна, сеньоры. Считайте, если вам угодно, что, назначая вам такую высокую плату, я обеспечиваю себе право распоряжаться вами по своему усмотрению, без опасения встретить с вашей стороны какие-либо нарекания или непослушание. Итак, теперь осталось только подтверждение вашего согласия на мои условия.