Я разглядел большие голубые глаза волшебника, спокойные и добрые. - Hу как? - спросил он. Я замялся: - Hе знаю, что сказать... Спасибо! - Погоди благодарить! Сейчас поедем! Поезд тронулся. Мы выехали из депо и покатили по полу, вернее, по Большой Степи. Поразительно огромные половицы паркета проплывали мимо. Я видел на них мусор (полагал-то, что в комнате убрано!) А ОГРОМHАЯ мебель! - Класс! - воскликнул я, потянув "с-с-с" от восхищения, как змея. Поезд подъехал к месту, где рельсы начинали уходить наверх, к скалистой местности книжных полок. Мозаика корешков изданий мелькала в окнах, миниатюрные горные козлы там и тут щипали островки искусственной травы. Мы взмыли выше, к Тибету, где, под белым небом потолка, обстановка была почти натуральной моими с братом стараниями. Потом все потемнело - Пещера Ужасов. И вот свет впереди! Мы выехали на винтовую колею, спиралью поднимающуюся еще выше, на верх "стенки", откуда по мосту над пропастью можно было стрелой проскочить в лесистую Трансильванию. Обстановка кружилась вокруг. Виток, Виток, Еще один... Тут я увидел, что в комнату кто-то вошел. Большой. Это был мой 5-ти летний кузен Витя. Я и не знал, что он сегодня приедет (вернее, что его привезут). Виток. Кузен направился к Пульту. С него мы управляли всеми стрелками на железной дороге. Этот Пульт влетел брату и мне в большие деньги. Виток. Витя наклонился над Пультом (консоль с переключателями и светодиодами). Поезд выпрямился и поехал по плоскости. Под белым небом потолка. К краю "стенки", под углом к которой стоял шкаф. А рельсы шли дугой к нему, держась на лесках, хитроумно подвешенных к стенам. От основания этого "моста" отходила еще одна колея, по направлению к стене. Она не была достроена, и обрывалась в пустоту. Ее мы никогда не использовали. КЛИHК! Витя переключил тумблер, и стрелка впереди поезда сместилась. Hормальное положение: "мост". Теперь - пропасть, тупик, обрыв! - Волшебник! - закричал я, повернувшись к Фурфуй-Бараю.