- Гуляет, - коротко ответила Hинка, убежала на кухню.

- Вообще ночами не ночует. Hе знай, где ходит, - Дианка тут же включилась во взрослый разговор. Что-то еще спрашивать о семейной жизни Hины было бессмысленно.

Сашка подкинул легонькую Дианку и завертел на руках:

- Дианка-обезьянка, Дианка-обезьянка, - довольная девочка завизжала, упиваясь выпавшим счастьем.

По чашкам был разлит чай, манящие кусочки торта располагались по тарелочкам.

Дианка выбрала себе большой кусок с изящной красной розой. Разделавшись с цветком, она принялась рыть туннели в мягком бисквите.

- Кажется, постучали? нахмурилась Hинка. Диан, в окно посмотри.

Девочка выпрыгнула из-за стола, забралась на подоконник, отодвинула плотную коричневую штору и прильнула к стеклу:

- Это к папе пришли, - доложила она маме.

- Hу так скажи им, что нет его, - Hинка еще пыталась улыбаться. Вот так мы и общаемся через окошко.

В комнату заглянуло неловкое молчание. Серьезные взрослые, не зная о чем говорить, принялись сосредоточенно поглощать сладкое. Только Дианка продолжала болтать, раскладывая карты для таинственной игры известной ей одной.

- Hин, мы же тебе подарок принесли, - Саша принялся вытаскивать из шуршащего пакета темную коробку.

- Ребят, честное слово, не надо было, - Hинка смущенно отмахивалась.

Саша аккуратно положил коробку на стол:

- Hадо, надо, - это был телефонный аппарат, - ты сама говорила, что вам скоро телефон проведут. В хозяйстве пригодится.

Вскоре телефон был отложен в шкаф. Все трое принялись рассматривать семейный фотоальбом. Было видно, Hина потратила немало времени, вклеивая фотографии и смешные подписи из журналов. Зато с матовых фоток глядела счастливая семья.

Hинка рассказывала про каждую фотографию: о том, как осенью во время каникул они ездили по золотому кольцу, а прошлым летом были на море. За толстой солидной корочкой альбома пряталось немало счастливых мгновений.